О нас

Управление ветеринарии г. Краснодара сегодня

Государственное бюджетное учреждение Краснодарского края «Управление ветеринарии города Краснодара» является учреждением государственной ветеринарной службы Российской Федерации, подведомственно государственному управлению ветеринарии Краснодарского края. 

Основные задачи ГБУ «Ветуправление города Краснодара»:

  • предупреждение и ликвидация заразных и массовых незаразных болезней животных, оказание им лечебной помощи;
  • обеспечение безопасности в ветеринарно-санитарном отношении продовольственного и технического сырья, пищевых и иных продуктов животного происхождения;
  • защита населения от болезней общих для человека и животных;
  • охрана территории г. Краснодара и Краснодарского края от заноса возбудителей заразных болезней животных.

Выполнение возложенных задач и достижение поставленных целей осуществляется структурными подразделениями управления, это: 4 ветеринарных лечебницы, 1 ветеринарный участок, 10 подразделений ветеринарно-санитарной экспертизы, 8 лабораторий ветеринарно-санитарной экспертизы на продовольственных рынках нашего города.

Во всех ветеринарных лечебницах и ветеринарных участках Вы можете получить услуги по профилактической вакцинации животных с применением вакцин как отечественного, так и импортного производства, оформить паспорт домашнего животного и необходимые для транспортировки животных ветеринарные сопроводительные документы. В случае необходимости Вашему питомцу окажут квалифицированную лечебную помощь, дадут консультации по уходу за животным.

На 21 продовольственном рынке города ветеринарные специалисты управления обеспечивают безопасность сырья, продукции животного и растительного происхождения, доставляемые для реализации на рынке. В лабораториях ветеринарно-санитарной экспертизы проводятся исследования мяса и мясопродуктов, рыбы, молока и молочной продукции, овощей, фруктов, меда и продуктов пчеловодства, яйца.
На предприятиях занятых заготовкой, хранением, переработкой, реализацией продуктов и сырья животного происхождения ветеринарные врачи подразделений ветеринарно-санитарной экспертизы обеспечивают безопасность пищевых продуктов и сырья животного происхождения в ветеринарно-санитарном отношении, оформляют ветеринарные сопроводительные документы.
Сегодня ветеринарная служба города включает в себя 16 ЛВСЭ.

Историческая справка

О ветеринарной безопасности Екатеринодарцев впервые упоминает­ся в архивных справках 1700-х годов. Занявши границу Черноморья по Кубани укреплениями, черноморские казаки здесь же устроили и свои торговые учреждения — меновые дворы и карантины. Они находи­лись под одной крышей. Черкесы меняли коровье масло, мед, фрук­ты, кожу и т. д. чаще всего на соль, она являлась мерилом ценности. Все привезенное тщательно осматривалось.

Так как «вместе с иност­ранными товарами заносились из одних стран в другие эпидемиологи­ческие болезни — чума, холера, оспа и прочие». Торгово-охранные заведения, однако, были лишь казацкой выдумкой. Они играли роль таможен и карантинов до того, как вдело вмешалось центральное пра­вительство. Только 5 августа 1799 года император Павел утвердил су­ществовавшие уже меновые дворы Редуцкий, Екатеринодарский и у Гудовичевой переправы.

В 1800-м — карантинные заставы Бугазская, Екатеринодарская и Усть-Лабинская. С этого времени и началось соб­ственно регулярное отправление карантинной службы. Были перекры­ты пути, через которые "могла заноситься в Черноморье зараза из Тур­ции и Закубанья".  В 1800-м был издан карантинный устав. В декабре 1801 года из-за возникшей эпидемии чумы крупного ро­гатого скота в Анапе была запрещена меновая торговля с горцами. Ка­закам разрешалось брать только хлеб и лес. Правительство заботилось об упорядочении карантинной службы па пограничных заставах. По его поручению генерал-штаб-доктор Крейтон 18 августа 1808 года составил карантинные правила. Предписыва­лось, чтобы "в чистой и выбеленной комнате, на подвешенной в двух аршинах от пола сетке были разложены вещи, подлежащие окуриванию". Само окуривание проводилось в плотно закрытой комнате или шкафу в течение 24 часов. Затем эти вещи три дня проветривались и только после этого считались очищенными и пускались в обращение. Кожу обрабатывали газами соляной кислоты, тонкие цветные материи и зо­лототканые изделия — "повышенной искусственной теплотой", брон­за, серебро и золото обмывались водой с мылом, полотна и циновки — прокисленной соляной кислотой. Карантины были не при всех меновых дворах, при мелких их не существовало. В 1818 году учредили контору Екатеринодарского ка­рантинного отделения, а заставу переименовали в Центральный каран­тин. Летописцы подмечают, что все эти преобразования коснулись лишь названий. Карантины откровенно бедствовали. Располагались они в ветхих помещениях, власти не выделяли средств на больничное пла­тье, жалованье служащих было меньше, чем в других районах России, несмотря на каторжный труд. Работа при непрерывной войне и грабе­жах создавала огромное напряжение: границу то и дело переходили соб­ственные войска, черкесы, беглецы, пленники, торговцы, ведущие скот. На арбах перевозилось множество вещей и продуктов. Удручало и отношение к службе: "нижние чины, да и офицеры, разбирали карантинные плетни и заборы для топки". Власти старались бороться с такими безобразиями. В 1829 году в Екатеринодарском карантине числились вице-дирек­тор, главный военный медицинский чиновник и три фельдшера. В 1832 году, согласно мнению Государственного Совета, в Черноморье была учреждена врачебная управа с ветеринаром при ней. Этому первому спе­циалисту по болезням животных работать было крайне трудно, так как повсеместно случались "возмущения против врачей", борющихся с эпи­демиями. "Казачье население не хотело знать ни увещаний, ни канце­лярских бумаг, испытывало боязнь перед карантинным оцеплением". Все это не могло не сказаться на эпидобстановке. В течение многих лет в Кубанской области гуляла чума рогатого скота. 20 декабря 1888 года в Екатеринодаре прошло особое совещание о мерах по скорейшему пре­кращению этой болезни. Собравшиеся констатировали, что борьба с ней безуспешна. Причин было много. Поздно доносилось местным властям об очагах болезни, не имели возможности изолировать зараженный скот. Население изобличали в укрывательстве пораженных животных. Плохо работала кордонная стража. В это время высшим ветеринарным началь­ством была областная врачебная инспекция и, соответственно, областной ветеринар. Он заявил, что во время свирепствования чумы продажа кож должна быть запрещена вообще, и указал: ветеринарная безопасность не­возможна из-за того, что участки, назначенные для обследования, слиш­ком обширны. Ветслужба подчинялась министерству внутренних дел. Его представитель предложил выдавать вознаграждение жителям за убиваемый зараженный скот, нанимать постоянных рабочих для уборки трупов жи­вотных, мировым судьям привлекать к ответственности укрывателей за­разных животных, временно закрыть общие водопои.При станичных прав­лениях организовали "разведочные команды, которые следили за благо­получием юрта, объезжая его для отыскания больных и палых животных". Были и другие меры. Запретили прогон скота и езду на волах на ярмарки в другие губернии и области, ввели конных объездчиков для осмотра выгонов, пастбищ, речек, балок и других мест на случай об­наружения заболевшего и павшего скота. Определили "чумацкие трак­ты", идущие к железнодорожным станциям, где производился ветеринарно-полицейский надзор. Ветеринария набирала вес. Персонал врачей усиливался по требова­нию о повсеместном обзоре области. Ее разделили на мельчайшие уча­стки, прикомандировав к ним еще тридцать ветеринаров и офицеров для усиления полицейских обязанностей. Повышение безопасности требовало реорганизации в работе. К чум­ному скоту, подлежащему забою, причислили также буйволов, овец и коз. С эпидемией боролись все жестче. В зараженных поселениях зап­рещали выпускать скот из дворов, принуждая держать на привязи, на­казывали за его движение по улицам. Производилась подворовая пере­пись животных. Самовольно выгнанных на улицу или воловьи подво­ды, не имеющие должных свидетельств, задерживали и подвергали 21-дневному карантину. Свою лепту в ветеринарную безопасность внес начальник Кубанской области и наказной атаман казачьего войска генерал-лейтенант Бабыч. Руководствуясь Городовым положением 1892 года с прописанным в нем ветеринарно-санитарным надзором в Екатеринодаре (с этого времени и ведет начало городская ветеринария), он издал обязательное постановле­ние. Согласно ему все животные и птицы в пределах городской земли подлежали ветеринарному осмотру. О заболевших владельцы обязаны были сообщать в городскую управу не позже трех дней с начала болезни — "сло­весно, письменно или по телефону". Запрещалось зарывать трупы живот­ных во дворах или выбрасывать их на проезжие и пешеходные участки. Павший скот вывозился на могильник за счет средств города, но только мелкий — овцы, козы и птица, за крупный — лошадей, рогатый скот, телят, жеребят — взималась плата. Бедняков от нее освобождали. Вводилась дезинфекция, пресекались продажа и покупка животных вне рынка, водопой из корыт в городской черте, на площадях и посто­ялых дворах. Извозчикам вменялось поить коней из ведер, причем склад­ных. Владельцам постоялых дворов отказали в торговле сырыми продуктами животноводства и обязали не поселять постояльцев с животными, имеющими явные признаки таких болезней, как сап, чесотка, ящур и других. С 1904 года в Екатеринодаре было два ветврача. Первый заведовал скотобойней и скотопригонным двором, второй — ветеринарно-сани­тарным надзором в городе и оказывал помощь в дежурствах на бойне. Ее заведующий обязан был жить "при рабочем месте", чтобы беспре­рывно наблюдать за животными, пригоняемыми для продажи и убоя, осматривать туши. Ветеринарно-санитарный надзор в новом веке приобретает совер­шенно иное лицо, появились микроскописты, работавшие с ветврачами. В исследованиях широко применя­лись бактериологические методы, проводилась иммунизация (прививки) домашних животных. Если в 1912 году было осмотрено 16 623 лошади и крупного рогатого скота, то в 1915-м - 100 091 единица скота. Обнаруже­но 75 лошадей, зараженных сибирской язвой, и 54 бешеные собаки. В 1914 году Кубаночерноморский ветеринарный отдел был пред­ставлен двадцатью ветеринарными врачами, которые обслуживали го­род и сельскую местность. Среди них были государственные и вольно­практикующие доктора, военные ветврачи. Помогали им 44 фельдше­ра. В Краснодаре в 1922 году был ветврач на железнодорожной станции «Краснодар-1» и 13 участковых ветврачей по городу. До июля 1922 года помощь инфекционным больным животным оказывалась бесплатно, но затем центр прекратил финансирование.   После войны в краевом центре действовали три ветлечебницы и мясоконтрольные станции на рынках Сенном, Новом, Покровском и Дубинском. Игнорирование инструкций этих служб влекло суровые меры взыскания. Несмотря на это, описываются случаи падежа и отравле­ния животных при окуривании сернистым газом  из-за недосмотра ветфельдшеров. Пострадавших животных приходилось брать на стацио­нарное лечение. За каждую павшую голову скота виновные несли мате­риальную ответственность. В сентябре 1945 года, как отмечается, участились случаи завоза на мясоконтрольные станции городских рынков продуктов, зараженных сибирской язвой: из Новотатаровской поступила туша говядины, из Кореновского района — туша баранины. Сельхозотдел Краснодарско­го горисполкома приказал микроскопировать все туши, полученные от вынужденного убоя, причем направлять пробы в баклабораторию в сопровождении санитара или веттехника, а не владельца мяса и тем более — постороннего лица. Уклонявшихся от этого приказа ждала су­дебная ответственность. Мясоконтрольным станциям, не имевшим микроскопа, категори­чески запрещалось принимать туши вынужденного убоя. Странно зву­чат в тех приказах строчки о неоднократных напоминаниях, неиспол­нении указаний, ведь легко было получить ярлык врага народа и загре­меть в места не столь отдаленные. В 1966-м решением крайисполкома образована Краснодарская городская ветеринарно-санитарная станция, включавшая семь мясомолочных и пищевых контрольных станций и два ветеринарных пункта. В их задачи входил ветнадзор и ветобслуживание в хозяйствах, а также животных, находившихся в личной собственности жителей краевого центра и его пригородной зоны. Затем станцию реорганизовали в Пашковскую - по борьбе с болезнями животных. Сегодня ветеринарная служба города включает в себя 16 ЛВСЭ